Верую величию сердца человечьего

Previous Entry Share Next Entry
Разговор с другом, или о раздавленности.
alexander_gorn

Сели мы тут недавно с одним моим старым хорошим другом «за жизнь» поговорить, как это водится меж русским людьми. И увидел я в ходе этого разговора удивительную вещь. Человек он неглупый, так что куда всё катится – прекрасно видит. У него две дочери, так что он не может не понимать, что это им жить в мире, где для них не предусмотрено места. Или вообще не жить… До этого момента между нами полное согласие.

Но, как только речь заходит о том, что для предотвращения такого исхода необходимо предпринимать какие-то действия – друга как подменяют. Начинается некое невразумительное блеяние, в целом сводящееся к тому, что сделать всё равно ничего нельзя, так что не стоит даже и пытаться, и что если кто-то говорит иное, то он врёт, преследуя некие личные корыстные интересы. Предложение в таком случае назвать какие-то альтернативные методы противостояния вызывает то нарастающую агрессию, то глубокую подавленность – то есть реакция укладывается в клиническую картину маниакально-депрессивного психоза, только «спрессованную» во времени. Впрочем, агрессия неплохо разобрана вот здесь: http://lisolga2014.livejournal.com/1105.html, мне же хотелось поговорить несколько про другое.

В целом, мой друг представляется мне достаточно типичным представителем нашего поколения, во всяком случае определённой, образованной и интеллектуальной его части, чтобы можно было рассмотреть на его примере механизмы той социально-психологической апатии, которой подвержено наше общество в целом и эта часть нашего поколения, которая в текущий момент времени и должна по идее являться «мотором», инициатором и организатором назревших и перезревших  социальных преобразований.

Итак, в возражениях четко прослеживаются два основных момента. Первый – это неверие в свои силы, в принципиальную возможность положительных перемен в обществе и, следовательно, в свою возможность эти положительные перемены осуществить или хотя бы способствовать их осуществлению. Откуда это взялось, учитывая, что телевизор он почти не смотрит, газет особо не читает, да и в интернете часами не сидит – некогда? То есть в данном случае сваливать все только на СМИ было бы упрощением, хотя и отрицать их влияние наивно. Мне кажется, тут основную роль играет личный опыт. Вспомним – на нашем веку общественные преобразования носили скорее характер общественной катастрофы, в лучшем случае – фиксации статус-кво, и возможность влиять на них у среднестатистического молодого человека из глубинки, занятого ежедневной борьбой за выживание, практически отсутствовала.

Разумеется, в истории России имеется прямо противоположный пример, когда именно активные действия народных масс вызвали гигантские общественные преобразования, притом именно прогрессивные, колоссально улучшившие жизнь народа. Пример этот – Великая Октябрьская Социалистическая Революция. И именно поэтому на нее было вылито и продолжает литься столько грязной и отвратительной лжи. Живых свидетелей, увы, уже не сыскать, а значит – сойдёт любая фальшивка, любое передергивание, любая страшилка. Всё, что угодно, лишь бы люди не вспомнили и не поверили в то, что им по силам изменить положение дел к лучшему!

Второй момент – это тотальное недоверие к людям вообще и к людям, хоть как-то причастным к политической деятельности, особенно. Недоверие это коренится, опять же, прежде всего в собственном печальном опыте. И в самом деле, перестроечных и постперестроечных политиков очень трудно назвать людьми честными и бескорыстными. Если же среди них такие и были (а они были) – заканчивали такие люди плохо: судом, тюрьмой, нищетой, «несчастным случаем», самоубийством… И, конечно же, старательно изливаемыми на них СМИ потоками грязи, призванной убедить народ – они ничем не лучше своих мерзких оппонентов. Та же участь ждала и любую историческую фигуру, подходящую под искомые характеристики. В этом, в частности, ещё один смысл оголтелой десталинизации.

А жизнь меж тем преподносила подтверждения тезиса «людям верить нельзя» одно за другим: такова уж она была в девяностые и нулевые, да и до сих пор продолжает оставаться, что быть бесчестным лжецом оказывается выгоднее и проще, чем честным человеком. А иногда это и вовсе единственный способ выжить. И каждый раз, когда ты оказываешься обманут, это тотальное недоверие, превращающее общество из системы взаимосвязей между людьми всего лишь в их механическую сумму, нарастает, выходя на уровень рефлекса.

Вот и выходит в результате «раздавленный» человек. Всё видит, многое понимает, а действовать – не может, боится. Нет у него ни положительного опыта, ни старательно обрезанной связи с Историей, с положительным опытом предыдущих поколений: не на что опереться. А если ты, медленно погружаясь в пучину болотной жижи, попытаешься встать, ни на что не оперевшись – с гарантией уйдёшь в нее с головой и захлебнешься. Такой опорой могли бы стать идеалы – но как передать идеалы человеку, который никому не верит?

«И что же делать?», – спросит меня читатель, дочитавший до этого места. Увы, если бы я это знал – уже кричал бы об этом во всю глотку. Рецепт предстоит вырабатывать всем нам, преодолевшим эту раздавленность, вместе. У нас-то ведь есть опыт её преодоления – как-то же мы из неё выкарабкались, хотя, возможно, и не до конца. Так давайте обсуждать и обобщать этот опыт – глядишь, до чего-то и дойдём! Кроме нас это делать некому, и выходит, что каждый из нас сегодня в ответе не только за себя, но и за «того парня». И того, и вон того, и за этого тоже – за всех своих друзей, знакомых, родных, и в итоге – за всё общество.



  • 1
Толково написано. Подобное состояние иначе называется Апатия. Тут был целый цикл неплохо описавший явление. Добавил бы, что кроме раздвоенности, возможна агрессия.

"Возможна" - не совсем верное слово в данном случае. Агрессия не просто возможна, она неизбежна. Она, кстати, почти физически ощущается в нашем обществе, и периодически прорывается на поверхность. Собственно, именно на утилизации в своих целях этой агрессии основана технология "цветных революций". Но это, наверно, тема для отдельного поста.

А цель данного - не столько зафиксировать явление, сколько попробовать поискать пути вывода людей и общества из данного состояния. Как "из болота тащить бегемота" будем?

(Deleted comment)
Проблема в том, что если не начать сейчас - никакого "потом" может просто не быть.

Аналогично, все понимают, но сделать что-то не хотят. Такое ощущение, что понимание надвигающейся катастрофы не проходит некие внутренние барьеры, которыми психика себя защищает от ужаса ситуации. Поэтому все остается на уровне отрешенной констатации факта.

Историк Андрей Фурсов, когда заводит речь о своем детстве, пришедшемся, если не ошибаюсь, на конец 50-х - начало 60-х всегда говорит: "Мы был детьми победителей и осознавали это!" (цитирую примерно, по памяти). "Типичным представителям нашего поколения" - сложнее, это, по сути, дети тех, кто проиграл страну. А это создает определенное мировосприятие, настроенность на пораженчество.

На поражение можно ответить по-разному. Можно сдаться и опустить руки. А можно мобилизоваться и начинать готовить будущую победу. Проблема не в самом поражении - оно уже история. Проблема в том, что очень большая часть нашего общества продолжает реагировать первым образом и почти никто не реагирует вторым. Изменить данное соотношение радикальным образом - это и есть наша задача! А главный вопрос состоит в том, каким образом это сделать.

встречался

с таким неоднократно. Похоже, это можно исправить только действием и победой. Только ведь для этого нужно начать. Как это сделать? Действительно, сложная задача.

Re: встречался

То есть получается по мнению этих товарищей так: "Вы сделайте что-то, победите, и я тогда, так уж и быть, впечатлюсь и присоединюсь. А пока поваляюсь на диване и поною, как всё плохо"? Интересно, если бы так в сорок первом рассуждали - где бы мы сейчас были? Прям хоть заградотряды не вводи, в самом-то деле.

Re: встречался

В 41-м были другие люди и другое состояние умов. А сейчас настроение такое как в концлагере: Так, тебе и тебя после обеда расстреляют. Угу, а что на обед? Это особое состояние сознания, когда даже инстинкт самосохранения отключен, вернее подавлен искусственно.

Очень важная статья. Раз уж мы собираемся из глубин вытягивать нового человека, то разбор существующей проблематики очень важен. Утащу куда следует.

Помимо приведённых в посте и в комментариях к нему психологических причин, есть чисто материальные. Это называется террор. Не секрет, что к тем, кто реально попытается бороться за власть в стране, будут применены (и применяются сейчас) репрессивные меры со стороны государства. Аресты, обыски, сфабрикованные уголовные дела.

Зависит от методов борьбы и её организованности. Если таковые методы выходят за рамки правового поля - это называется не "террор", а "законность". И тут тоже всё сложно - с одной стороны, законы у нас местами откровенно вредительские, а с другой - если на них "забить", так можно и в Украину превратиться. Опять же внешние силы есть, которые нас именно к такому сценарию и подталкивают, в том числе маскируя своих агентов влияния под "патриотов". Единственный способ не заплутать в этом лабиринте - научиться разбираться в политике самостоятельно, не покупаясь на фальшивые лозунги. А это сложно - вот потому многие политики и чураются. Но ту ведь как - или ты ей занимаешь, или... она тобой.

Ага. А рамки правового поля устанавливают именно те, кто очень не хотят со своей властью расставаться. И тем более не хотят нести ответственность за свои действия во власти.

Заниматься политикой - это как? Самостоятельно разбираться - да, можно, за это не наказывают. А вот если кто-то решает перейти хотя бы к стадии агитации за свои идеи - тут уже "рамки правового поля" как раз и приготовлены.

Будет кто-то агитировать в интернете - пожалуйста, внесудебная блокировка сайтов, а также 282 статья.

Будет кто-то агитировать на улицах - та же самая 282, плюс уголовная ответственность за несанкционированный митинг.

Обыски, изъятие компьютеров - это ведь формально даже наказанием не считается. Так, всего лишь "следственные мероприятия".

  • 1
?

Log in

No account? Create an account